Охлаждение между Юнгом и Фрейдом, начавшееся с Шпильрейн, закончилось полным разрывом личных и научных (позже возникли две разные школы психоаналитической теории Фрейда и Юнга) отношений в 1913 году. Поводом послужило расхождение во взглядах на либидо. По мнению Фрейда, именно половой инстинкт служил основным двигателем поведения людей и их творческой деятельности, развития всей истории и культуры.
Прежняя привязанность Фрейда к своему ученику и другу была в значительной степени мотивирована, как это ни парадоксально, национальностью Юнга. Фрейд, сам являвшийся евреем, говорил единомышленникам: “Коллеги арийского происхождения нам совершенно необходимы, иначе психоанализ станет жертвой антисемитизма”. На фоне откровенно антисемитских настроений, царивших в обществе и научных кругах, опасения Фрейда, по поводу того, что психоанализ могут заклеймить как “еврейское учение”, были вполне обоснованными.
После разрыва с Юнгом Фрейд выпустил статью “Заметки о любовном переносе”, где обрисовал историю взаимоотношений Юнга и Шпильрейн, не называя настоящих имен. В своей работе он обстоятельно, с изрядной долей сарказма доказывал, что любовь между пациенткой и врачом произошла не вследствие личностных качеств последнего, а лишь как перенос на него любовных фантазий больной.
Простить Юнгу молчания он так и не смог. В своих письмах Фрейд сожалел о том, что Шпильрейн “изводится тоской по Юнгу”. Он чувствовал: женщина до сих пор любит своего врача и учителя и все ее работы посвящены именно ему, потому постоянно воздействовал на Сабину. Несмотря на это, Шпильрейн переводила работы Юнга на русский язык и пропагандировала его идеи в Советском Союзе. Фрейду это очень не нравилось, он предпочел бы видеть ее в качестве своего переводчика. Он испытывал ревность к Юнгу, которая, безусловно, носила личностный характер.
В свою очередь Карл Юнг пытался перетянуть авторитетного психоаналитика на свою сторону. Бывший любовник не брезговал откровенным запугиванием, внушая Сабине страх за жизнь ребенка, которым она была беременна в то время от своего мужа.
Шпельрейн еще долгое время автономно поддерживала отношения с Фрейдом и с Юнгом, но окружение и последователи великих психоаналитиков относились к ней настороженно (положение это сохранилось и много дольше после смерти всех трех героев нашего рассказа). И хотя именно Сабина пыталась помирить поссорившихся друзей, и во многих случаях вела себя куда благороднее обоих, во всем обвиняли лишь ее.
